Человек – существо социальное. Мы взаимодействуем с другими людьми ежедневно: со своей семьей, с сотрудниками на работе, с персоналом ближайшего магазина, в конце концов.
Наблюдая за людьми, которых встречаю, я прихожу к неутешительному выводу: воспитанность, корректность, взаимоуважение сдали свои позиции как норма жизни. Даже более того: теперь они воспринимаются как нечто непонятное.
Границы моей свободы
Мой отец, человек во всех отношениях замечательный, учил меня: твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого. Ты хочешь слушать музыку на полную громкость? А сосед после ночной смены хочет отдохнуть? Слушай плеер в наушниках – и каждый останется при своем. Все довольны – конфликт не состоялся.
Конечно, мне понадобилось довольно много времени для того, чтобы осознать, насколько мой отец прав в этом моменте. Но некоторые вещи никогда не вызывали вопросов. Они для меня естественны, как дыхание: сказать «здравствуйте» продавцу в магазине, уступить беременной место в транспорте, помочь поднять упавшее, сказать о забытой вещи… Я делаю это, не задумываясь, рефлекторно. «Правильность» или «неправильность» такого поведения – для меня такого вопроса просто не существует. Я вижу ситуацию – и тут же поступаю. Всегда одинаково.
Да, потом я могу спросить себя: зачем, почему ты это сделала? И ответ всегда будет один: а разве можно по-другому? Оказывается, можно.
В моем понимании есть три индикатора здоровья общества. Это лакмусовые бумажки, позволяющие увидеть насколько мы злы и агрессивны. Отношение к самым незащищенным людям – старикам, беременным и детям – и есть эти индикаторы. Потому что всегда велик соблазн обидеть того, кто не ответит.
Беременность – не болезнь
На крупнейшем ленинградском форуме разгорелась жаркая дискуссия на 100 с лишним страниц. Суть ее такова: неуважение к беременным в обществе. Обсуждающие – в основном дамы. Большинство – беременные или уже состоявшиеся мамы. Казалось бы, может ли тут быть двойное восприятие? Но оно есть.
Для меня было дикостью осознать, что беременность теперь… ставится женщине в вину! Беременна – не мешай другим жить, сиди дома и не отсвечивай! Оказывается, колоссальные нагрузки, испытываемые беременной, теперь не повод для того, чтобы уступить ей место в метро. Сама виновата – зачем забеременела??
Я стала приглядываться к людям пристальней. И, если честно, наблюдения меня не обрадовали. Гастарбайтеры, которых так привыкли хаять, практически единственные мужчины, уступающие в метро беременной или маме с ребенком. Остальные сверлят 9-месячные животы взглядом, а особо наглые ухмыляются в глаза. Уступают (и помогают) женщины, бабушки, иногда – девушки. Молодые парни лет 22-25. Мужчины и подростки сидят!
Беременных толкают, причем часто и намеренно – в живот. Раньше я думала это мне везло на таких «людей», но, оказывается, это частое явление. В мою беременность меня пытались зажать дверьми автобуса, начинали движение до того, как сходила со ступенек, отталкивали в очереди.
Дети – цветы жизни
Сегодня я стала участницей ситуации, ярко демонстрирующей отношение современного общества к маленьким детям. Пока я платила за проезд, 3-летнего ребенка, державшего на руках довольно большой и тяжелый штатив… согнали с места. Дама расположилась абсолютно спокойно там, где сидела моя дочь. И почитывала книжку. А автобус тем временем ехал рывками. Ребенок упал (задние сидения в больших автобусах, разница с салоном примерно в пол метра). Никто не сделал замечание этой «женщине», пока я шла. Мужчины с интересом следили за моей реакцией. Только одна пара помогла ребенку встать. Сама эта «дама» только недовольно хмыкнула – падая, штатив ее задел. Мне жаль, что он не грохнулся ей на лакированные туфельки всей своей 4—килограммовой тяжестью.
Я не стала разводить склоку. Не стала обвинять ее. Просто поблагодарила пару, которая помогла дочери подняться, и присела на свободное место (да-да, автобус был полупустой!). Внимательно осмотрела дочь на предмет повреждений и громко заявила:
— Дочка, не обижайся. Иногда люди только выглядят как люди, а на самом деле сердце у них каменное, а нутро – гнилое. На них нельзя обижаться, потому что они глубоко несчастны и одиноки. Я только об одном прошу тебя: никогда не становись такой.
Мужчины потупили взгляд в пол. «Дама» попыталась что-то вякнуть, как сидевшая рядом женщина сказала:
— Ой, да молчи уже. Еще скажи, что она не права.
Старость — не радость
Отношение к старикам точно такое же. Толкнуть, обогнать, оскорбить… 9 мая мы с дочкой, как и многие, дарили ветеранам цветы. Накануне я рассказывала ей, кто такие ветераны, что без них мы бы не родились. Ребенок проникся. Понял. Ощутил. За первой встреченной парой она бежала метров пятьсот: «Баба! Баба! Подожди!»
Но один момент был показателен как никогда. У нас осталось всего несколько гвоздичек. В стороне стояла инвалидная коляска. Грудь в орденах, застывший взгляд, гордое лицо Воина-защитника. Я показала дочке на него: «иди, подари ему цветочек!» Она подошла, протянула цветок: «Спасибо, деда! Я люблю тебя!» Он поймал ее, посадил себе на колени и долго-долго обнимал, целовал ей руки. Никогда не забуду его слов: «а я уже думал, что зря воевал».
А этого мужчину в инвалидной коляске буквально через минуту покрыли матом дюжие спортмены — он мешал им демонстрировать новомодные домашние тренажеры. К тому моменту мы раздали все цветы и со спокойной душой отвезли его домой. Дочка сидела у него на коленях, радуясь «покатушкам». А я толкала инвалиную коляску, сгорая от стыда за этих нелюдей с бицепсами.
Дочь была единственным ребенком, дарившем на тот момент цветы в лениградском парке Победы.
Время хейтеров
К сожалению, наше время – время хейтеров. От английского Hate – ненависть. Слишком много зла. До воспитанности ли здесь? Антиэмо, антианимешники, чайлдфри – гипертрофированное отражение ненависти, зародившейся в сердцах старших. Помните неуважение к «ментам», продажным учителям, бабкам на лавочках? Ненависть дает плоды легко и охотно.
Но самое ужасное, что хейтеры – это не безнадзорные наркоманы. Это наши дети. Наши племянники. Наши братья и сестры. Мы видим их каждый день, обнимаем их и говорим друг другу, что любим. Но стоит им выйти за порог…
Это понимание обрушилось на меня как ведро с холодной водой. Так получилось, что мне нужна была информация по суицидникам. И я стала просматривать новости по этой теме за последние несколько недель. И вот, зайдя на одну такую новость… Я увидела ветку комментариев вконтакте. И последний комментарий – от моего знакомого. Человека талантливого, далеко не глупого, миролюбивого… Волосы встали дыбом от того, что там было написано. И не только им. Большей мерзости я, пожалуй, не встречала. А ведь я знаю его не первый год.
Правило моего отца не срабатывает сейчас. Воспитанность стала слабостью, способность идти на компромисс – принимается за слабохарактерность. Наше общество больно, ему нужна смирительная рубашка и большая инъекция добра, порядочности и правил поведения. При всей моей нелюбви к фанатичной религиозности, но люди без Веры вообще — не люди. Недоразвитость духовного аспекта в современном обществе налицо. Мы не можем вылечить мир в целом. Но мы можем начать с себя.
